Сказ про суровую мужскую дружбу или… Как Лёлик с Болеком посадили Гену, но смогли сохранить настоящую дружбу

У Лёлика, Болека и Гены был ресторанный бизнес. Ресторанный — это, конечно, сильно сказано. Парни на звёзды Мишлен не претендовали…

Видели столовые для тех, кто находится в самом низу корпоративной лестницы? Там ещё липкие жирные подносы надо брать, ставить их на металлические рельсы и катить, делая остановки у заветренных салатиков, потом у бабы, разливающий суп, а в конце пути ждёт Биг Босс на кассе — полная женщина с трудной судьбой. Зовут её всегда Люба. Она ещё покрикивает на окружающих, потому что несмотря на многообещающее имя, выданное при рождении, любви-то в её жизни не наблюдается.

Сетью из таких заведений в ряде регионов и владели товарищи. Но зарабатывали они не только на столовках. Заявились и в премиальном сегменте «суши-баров». Вообще, заказывать там японскую еду я бы крайне не рекомендовал. Гордые предки современных жителей Токио увидев то, что подавали в «сушильнях» наших героев под видом собственно суши, разрубили бы поваров пополам. Возможно, даже с одного удара.

К счастью для владельцев, их предприятия общественного питания базировались в тех городах, куда не доезжали подданные императора Акихито. Поэтому герои смело экспериментировали с составом рисовых колобков. Заменяя в рецептах настоящую красную икру имитированной (есть и такая!) и щедро сдабривая появившегося на свет ублюдка майонезом. Звучит противно, а народу нравилось. Крепкие парни в спортивных костюмах водили туда своих барышень на свиданки. Те хвастались подругам:

— Ой, мы с моим вчера суши объелись!..

В общем, посетители валили валом. Название у еды заморское, а вкус будто знакомый с детства. Коммерсанты же считали рентабельность и с азартом лудоманов искали новые способы удешевления угощений, коими они потчевали своих гостей (а именно так называют в ресторанном бизнесе клиентов).

Однако азарт, как и прочие человеческие страсти, со временем затухает. Особенно если за победами следуют новые победы, а не поражения. Парадокс, но ведь и в казино многие ходят не потому что могут там выиграть, а потому что могут проиграться в пух и прах. Близость потерь щекочет нервы и возбуждает.

Нашим героям — Лёлику и Болеку — нервы давно уже ничто не щекотало. Мужчины купили квартиры в центре, отстроили загородные дома, женились и завели любовниц. Стандартный комплект для в меру успешных коммерсов. Единственным раздражителем в их жизни был Гена.

В школьные годы чудесные Лёлик с Болеком не то, чтобы сторонились Гены... Скажем так, они не всегда звали его в свою компанию. Но общаться приходилось. Родители троицы дружили ещё со времён, когда Хрущев грозил явить миру Кузькину мать, а в моде был отдых дикарями и спортивное ориентирование. Предки ребят жили в одном доме, работали в одном институте, дачи строили сообща в одном посёлке. Праздники все отмечали вместе. И Лёлику с Болеком от Гены некуда было деваться. Такая вот семейно-общественная нагрузка.

Соц.нагрузка доставляла неприятности, т.к. Гена постоянно влипал в истории, находил на жопу приключения… Или, говоря более обтекаемо, отличался повышенной конфликтностью. Мирное распитие с ним водки в песочнице перерастало в драку с объявившийся командой хоккеистов, что заявила свои права на дворик. Если бы Лёлик с Болеком были вдвоём, то они бы покинули спорную территорию. Но Гена считал, что ретироваться — позорно. Дерзил в ответ на предъявы:

— С хуя ли загуляли? Это наша…

Договорить он не успел. Хоккеисты вырубили его сумкой с коньками. Болек с Лёликом под замес попали за компанию… Как и в других подобных историях. Били их вместе, в милицию забирали вместе и в школе брали на вид тоже всех троих. А беспокойный друг не унимался…

Неудивительно, что друзья сделали всё, чтобы их пути с Геной разошлись сразу после получения аттестатов зрелости. Но от судьбы не уйдёшь. В девяностые Лёлик...

Sign up to read.

Ещё рассказы:

Делить судьбу, умножать дружбу
О назначении и дружбе
Зарисовки из жизни олигархов
или Сладка ли месть?
Вторая жизнь
Далёкие берега
Кощей и Бегемот // Метод похудания от Кощея
Уязвимый эмигрант